Помощь в учёбе, очень быстро...
Работаем вместе до победы

Поиск и исследование радиоизлучения от аномальных пульсаров на низких частотах

ДиссертацияПомощь в написанииУзнать стоимостьмоей работы

Следом за открытием нового типа источников было предложено большое количество различных моделей для объяснения природы этих объектов. Самой жизнестойкой и на сегодняшний день наиболее популярной моделью является модель магнетара, она же и объединила оба типа пульсаров. Модель магнетара наиболее хорошо описывала природу SGR и АХР, их спокойную фазу и вспышечную активность. При таких огромных… Читать ещё >

Содержание

  • ГЛАВА I. Наблюдательная база
    • 1. 1. Радиотелескопы
  • ПРАО АКЦ ФИАН
    • 1. 2. Приёмная аппаратура
    • 1. 3. Методика наблюдений и обработки
  • ГЛАВА II. Аномальные рентгеновские пульсары
    • 2. 1. Обнаружение АХР в радиодиапазоне
    • 2. 2. Наблюдения АХР 1Е 2259+
    • 2. 3. Наблюдения АХР 411 0142+
    • 2. 4. Наблюдения АХР ХТЕ Л
  • Выводы к Главе II
  • ГЛАВА III. Одиночные нейтронные звезды со слабым рентгеновским излучением (ХБШ8) и радиотрензиенты (ЛИАТ)
    • 3. 1. Наблюдения ХЕ>1Ы8 11 308+
    • 3. 2. Наблюдения ХБШБ 12 143+
    • 3. 3. Радиотранзиенты
  • Наблюдения ЯЯАТ Л
  • Выводы к Главе III

Поиск и исследование радиоизлучения от аномальных пульсаров на низких частотах (реферат, курсовая, диплом, контрольная)

Нейтронные звезды, предсказанные еще в начале прошлого столетия (Baade & Zwicky, 1939), были обнаружены спустя тридцать лет, в 1967 г., совершенно случайно, как радиопульсары (Hewish et aL 1968). И это открытие является одним из выдающихся достижений современной астрономии. Необычные свойства этих космических объектов сразу же привлекли пристальное внимание многих астрономов и физиков, как наблюдателей, так и теоретиков. С астрофизической точки зрения нейтронные звезды интересны как заключительный этап звездной эволюции. Как источники импульсного периодического поляризованного излучения, пульсары являются хорошим средством для исследования межзвездной среды. С точки зрения физики нейтронные звезды предоставляют уникальную возможность для изучения вещества в экстремальных состояниях. Для них характерны такие явления и свойства, как сверхтекучесть, сверхпроводимость, сверхсильные магнитные поля, излучение нейтрино, эффекты специальной и общей теории относительности. В недрах нейтронных звезд могут существовать экзотические формы материи (конденсаты различных элементарных частиц, кварковое вещество).

К моменту открытия пульсаров для исследования их излучения имелись крупные чувствительные радиотелескопы, а радиоастрономические и радиофизические методы, необходимые для наблюдения импульсных радиоисточников, уже были достаточно развиты. Это позволило в короткий срок открыть большое число новых объектов этого класса и начать исследовать их свойства. Последующие данные наблюдений в оптике, рентгеновском и гаммадиапазонах существенно дополнили знания об этих объектах.

Уже к середине 70-х годов было установлено, что наблюдаемое пульсирующее строго периодичное радиоизлучение связано с вращением нейтронной звезды (Gold, 1968). И источник энергии радиопульсаров 4 обусловлен энергией вращения, а механизм энерговыделения связан с их сверхсильным магнитным полем 1012 Гс) (Pacini, 1967). Пульсары могут быть одиночными объектами, либо входить в состав двойных систем. Они излучают во всем частотном диапазоне, от радио до оптики и гамма-лучей. Также существуют нейтронные звезды, входящие в тесные двойные системы, где излучение происходит за счет аккреции вещества, истекающего из второго компаньона (рентгеновские пульсары). Кроме того, в таких системах обнаружены миллисекундные радиопульсары (Hulse & Taylor, 1975), которые были, по сути, предсказаны за год до этого (Бисноватый-Коган и Комберг. 1974).

На сегодняшний день известно более 1700 радиопульсаров, в том числе 125 радиопульсаров с миллисекундными периодами, приблизительно 200 аккреционных рентгеновских пульсаров, входящих в тесные двойные системы, и примерно 50 одиночных «радиотихих» нейтронных звезд. Эта группа «радиотихих» нейтронных звезд сформировалась, в основном, за последнее десятилетие и притягивает к себе все большее внимание (см., например, обзор Попов и Прохоров, 2003). В ее составе несколько типов источников: источники с повторяющимися • мягкими гамма-всплесками (SGRs — Soft gamma repeaters) — аномальные рентгеновские пульсары (AXPs — Anomalous X-ray pulsars) — пульсары типа Гемингицентральные компактные объекты в остатках вспышек сверхновых (CCOs in SNRs — central compact objects in supernova remnants) — одиночные нейтронные звезды со слабым рентгеновским излучением (XDINSs — X-ray dim isolated neutron stars) или «Великолепная семерка" — радиотранзиентные источники (RRATs — rotating radio transients) (RRAT были обнаружены в радиодиапазоне, но, тем не менее, эти объекты относят к классу «радиотихих» пульсаров, поскольку они отличаются 5 слабым и редко проявляющимся радиоизлучением, и кроме того, по своим свойствам близки к группе XDINS).

АХР и SGR также еще называют магнетарами (это модель нейтронной звезды со сверхсильным магнитным полем ~ 10ь Гс). Эти объекты изначально были классифицированы как разные типы нейтронных звезд, но при более детальном и длительном рассмотрении оказалось, чю они обладают похожими свойствами и поведением.

Источники мягких гамма-всплесков были открыты по обнаружению коротких вспышек в жестком рентгеновском и мягком гаммадиапазонах. Первая вспышка была обнаружена от SGR 1806−20 в январе 1979 г. (Mazerts & Golenetskii, 1981). Изначально она была классифицирована как подтип классических гамма-всплесков с более короткой длительностью и мягким спектром. Кроме того, вспышки от SGR — повторяющееся явление, чего не наблюдается у обычных гамма всплесков.

5 марта 1979 г. была зарегистрирована очень яркая вспышка (LN~10':> эрг/с) от SGR 0526−66 в остатке сверхновой N49 в Большом Магелановом Облаке (Mazets et al., 1979). «Хвост» вспышки показал восьмисекундные пульсации. Высокая светимость, строгая периодичность и очевидная связь с остатком вспышки сверхновой — все это указывало на то, что источник является молодой нейтронной звездой с периодом вращения 8 секунд.

Всего на данный момент известно 7 SGR и 2 кандидата в эту группу (McGill SGR/AXP Online Catalog). Все источники были отождествлены в рентгеновском диапазоне. Периоды вращения этих объектов лежат в узком диапазоне, Р-~ 5−8 сек. Некоторые из SGR связаны с остатками вспышек сверхновых. В настоящее время признаны три типа вспышек: слабые (наиболее многочисленные), промежуточные, гигантские и гипер-вспышки (пока была зарегистрирована только одна такая вспышка).

Близкие к SGR объекты — аномальные рентгеновские пульсары были открыты в мягком рентгеновском диапазоне (< 10 кэВ). Первое открытие АХР было сделано Фалманом и Грегори в 1981 г. (Fahlman & Gregory, 1981), которые обнаружили пульсации от рентгеновского источника IE 2259+586 в центре остатка сверхновой СТВ 109. В течении последующих 15 лет было обнаружено еще несколько похожих пульсаров, и эти источники объединили в особую группу, первоначально как маломассивные двойные рентгеновские пульсары. Данные последующих наблюдений, в том числе в оптическом и ИК диапазонах, исключили наличие звезд-компаньонов и выявили их необычные свойства, что привело к выделению АХР в отдельный класс рентгеновских пульсаров (Hellier, 1994, Mereghetti & Stella, 1995). С 1996 года было открыто еще пять источников этого типа, итого на сегодняшний момент насчитывается 9 аномальных рентгеновских пульсаров и 3 кандидата в АХР.

Особенности этих объектов в следующем. Периоды вращения лежат почти в том же диапазоне, что и у SGR 2−12 сек). Все источники расположены вблизи плоскости Галактики, некоторые связаны с остатками вспышек сверхновых. От обычных рентгеновских пульсаров их так же отличает наличие постоянного замедления периода вращения, достаточно стабильный рентгеновский поток и более мягкий рентгеновский спектр. Наиболее интригующей особенностью аномальных рентгеновских пульсаров до сих пор остается их высокая светимость, которая на несколько порядков превышает потери кинетической энергии вращения. Так же до недавнего времени в этом списке особенностей значилось отсутствие радиоизлучения.

На связь между АХР и SGR указывают их близкие значения периодов и производных периодов, а также некое сходство в поведении. В своем спокойном состоянии SGR демонстрируют похожие на АХР свойства. Например, у SGR 0526−66 не было обнаружено вспышечной активности с начала 80-х гг., и он ведет себя как типичный АХР. С другой стороны, АХР 7 могут производить вспышки, которые очень напоминают слабые вспышки от SGR. Например, от 1Е 1048,1−5937 были зарегистрированы две слабые вспышки (Gavriil et al., 2002), и более ВО вспышек от 1Е 2259+586 (Kaspi et al., 2002). И главное, для обоих типов пульсаров остается неясным источник энергии, т.к. ни вращательная, ни тепловая энергия не объясняет наблюдаемую активность ни в АХР, ни в S GR.

Следом за открытием нового типа источников было предложено большое количество различных моделей для объяснения природы этих объектов. Самой жизнестойкой и на сегодняшний день наиболее популярной моделью является модель магнетара, она же и объединила оба типа пульсаров. Модель магнетара наиболее хорошо описывала природу SGR и АХР, их спокойную фазу и вспышечную активность. При таких огромных магнитных полях 1014 — 101э Гс) будет весьма затруднительно образование электрон-позитронной плазмы (Baring & Harding, 1998). которая ответственна за излучение радиопульсаров. И отсутствие радиоизлучения было одним из основных аргументов в пользу модели магнетара. Однако в 1999;2001 г. г. было зарегистрировано импульсное излучение от SGR 1900+14 (Shitov et al., 2000) и АХР IE 2259+586 (Malofeev & Malov, 2001. Малофеев и др., 2005). Этот факт в очередной раз заставил задуматься о прпроде этих объектов. Позднее было обнаружено радиоизлучение еще от трех аномальных рентгеновских пульсаров, ХТЕ J1810−197 (Camilo et al., 2006), IE 1547−54 (Camilo et al., 2007a) и 4U 0142+61 (Теплых и др. 2008. Малофеев и др., 2010).

Несколько АХР были отождествлены в оптическом и ИК-диапазонах. У АХР 4U 0142+61 были обнаружены оптические пульсации с периодом равным рентгеновскому периоду (Kern & Martin, 2002). И недавнее открытие — остаточный диск у этого же объекта (Wang et al. 2006), что является подтверждением одной из альтернативных моделей. Еще один факт, добавляющий вопросов в понимание природы магнетаров, — это обнаружение 8 жесткого рентгеновского излучения (>10 кэВ) по наблюдениям на спутнике INTEGRAL от четырех АХР и двух SGR (Molkov et al., 2004, Revnivtsev et al., 2004, Kuiper et al., 2006).

Пульсар Геминга от большинства радиопульсаров отличается аномально крутым спектром и сильными флуктуациями в интенсивности излучения, в длительности импульсов и в фазе их прихода (Malofeev & Malov, 1997). Объект Геминга был обнаружен в 1975 г. спутником SAS — 2. как первый и самый яркий гамма-источник (Fichtel et al., 1975). В 1992 г. Геминга была отождествлена с нейтронной звездой с периодом 237 мс сначала в рентгеновском (Halpern & Holt, 1992), а затем и в гамма-диапазоне (Bertsch et al., 1992). Геминга — один из самых близких пульсаров, находящийся на расстоянии около 150 пк, также этот объект является одним из немногих «всеволновых» пульсаров. Излучение от этого объекш было зарегистрировано в УФ (Kargaltsev et al., 2005), ИК (Danilenko et al., 2011) и оптическом диапазонах (Shearer et al., 1998, Shibanov et al., 2006). Импульсное радиоизлучение было обнаружено на низких частотах в диапазоне 39 — 102.5 МГц (Кузьмин и Досовский, 1997, Malofeev & Malov. 1997, Shitov & Pugachev, 1998). С учетом верхних оценок потока, полученных на более высоких и низких частотах, установлено, что Геминга имеет самый крутой спектр среди радиопульсаров, — спектральный индекс в диапазоне 87 — 318 МГц равен — 4.5, а на частотах ниже 50 МГц наступает резкий завал (Malofeev & Malov, 2000). Обнаружены еще два объекта по своим свойствам похожих на Гемингу: 3EG J1835+5918 (Mirabal & Halpern, 2001 и Halpern et al, 2007) и J2021+4026 (Trepl et al. 2010).

Следующая группа одиночных рентгеновских нейтронных звездцентральные компактные объекты в остатках вспышек сверхновых (ССО). ССО определяют как рентгеновские источники с тепловыми спектрами. 9 находящиеся близко к центру неплерионных остатков вспышек сверхновых, и не имеющие аналогов в радио и гаммадиапазонах. К настоящему моменту известно примерно 10 источников этого типа и их число непрерывно увеличивается (см, например, Pavlov et al., 2004). В остатке сверхновой Kes 79 на частоте 111.23 МГц был обнаружен радиопульсар PSRJ1852+0040 с тем же периодом, что и в рентгене (Malofeev et al., 2005).

Все большее внимание притягивает к себе группа одиночных нейтронных звезд со слабым рентгеновским излучением (XDINS). Всего в этой группе насчитывается семь источников, и с 2001 года их число остается неизменным, отсюда и другое название этой группы — «Великолепная семерка» (Treves et al., 2000).

— 8.

— 10 -12 v>

— 14 го t S.

T3 ?

L -16 -18 -20.

0.001 0.01 01 1 10 Period (s).

Рис. 1. Диаграмма P — P (изработы Kundraliev el al., 2U09J.

Radio PSRs.

• RRATs.

XDINSs.

Magnetars x High-B, loii>P Radio PSRs.

7 О’s.

0>3 G.

— A".

S,.

70'i.

A. A A A lO’S c.

70'I G.

O’o.

7OS G.

Все источники этой группы были открыты по наблюдениям рентгеновской обсерватории ROSAT. Первым стал наиболее сильный из всех объектов RX J1856−37, открытый в 1996 г. (Walter et al., 1996). Позднее было обнаружено 6 других похожих объектов. Все семь источников объединены В одну группу как радиотихие, близкие (сотни парсек) изолированные нейтронные звезды с тепловым излучением за счет остывания. Была подтверждена чернотельная форма их рентгеновского спектра, типичные температуры лежат в пределах 44 — 100 эВ. Для трех источников были измерены собственные движения, оказавшиеся очень большими. Ни один из источников не связан с известными остатками вспышек сверхновых. что автоматически ограничивает их характеристический возраст (Т > 10″ лег) — ^ пяти нейтронных звезд из этой группы обнаружены рентгеновские пульсации с периодами в диапазоне 3−12 сек. Все члены «Великолепной семерки» отождествлены в оптическом диапазоне, их звездные величины слабее 24 (Walter & Mathews, 1997, Motch & Haberl, 1998, Haberl et al., 2004, Kaplan et al., 2002, 2003a, Zane et al., 2008).

По наблюдениям XMM — Newton были обнаружены широкие линии поглощения в рентгеновских спектрах некоторых XDINS (см. Zane et al., 2005 и ссылки в этой работе), которые интерпретируют как протонные (или ионные) циклотронные резонансные линии и/или атомные переходы, смещенные в рентгеновский диапазон из-за действия сильных магнитных полей (В > 1013 Гс). Также такие сильные магнитные поля подтверждаются недавно полученными значениями производных периодов для четырех XDINS (RX J1856.5−375, RX J0720.4−3125, RX J1308.6+21, RX J2143.0+0654. (van Kerkwijk & Kaplan, 2008; Cropper et al., 2004; Kaplan & van Kerlcvijlc> 2005, 2009)). Оценки магнитных полей получились в пределах 1013 — 1014 с-Интересно, что на диаграмме Р-Р они занимают промежуточ м°е положение между обычными радиопульсарами и магнетарами (Рис. 1).

Исследование с помощью популяционного синтеза и восстановление траекторий некоторых нейтронных звезд показали, что XDINS связаны с •Поясом Гоулда (Popov et al., 2003). В окрестностях Солнца эти нейтронные звезды численно превосходят радиопульсары того же возраста. И это означает, что объекты подобные XDINS могут являться наиболее типичными молодыми нейтронными звездами с галактическим темпом рождаемости больше, чем для «нормальных» радиопульсаров. Основные надежды, связанные с поиском объектов типа «Великолепной семерки», возлагаются на будущие более чувствительные космические обсерватории. Предпринимались неоднократные попытки обнаружить периодическое импульсное радиоизлучение или отдельные импульсы от XDINS (Johnston, 2003, Kaplan et al., 2003b, Rea et al., 2007, Kondratiev et al. 2008. 2009). К настоящему моменту радиоизлучение обнаружено только на низких частотах 40 — 111 МГц в ПРАО от двух объектов этого типа RX J1308.6+2127 и RX J2143.0+0654 (Malofeev et al., 2007). В работе (ICondratiev et al., 2009) приводятся верхние пределы для радиосветимостей на частотах 820 и 1400 МГц и дана оценка спектрального индекса а< - 4.

Возрастающий интерес к этим источникам связан с возможностью изучения атмосферы и, может быть, даже внутренней структуры нейтронной звезды (Paerels, 1997). Отсутствие нетепловых процессов впервые позволит взглянуть напрямую на поверхность нейтронных звезд.

Последняя группа из класса аномальных нейтронных звезд была открыта совсем недавно, всего несколько лет назад. Это радиотранзиентные источники (RRATS). Сейчас известно более 50 объектов этого типа. Они излучают короткими выбросами длительностью -2 — 30 мс, с интервалами между вспышками от 4 минут до 3 часов. Десять источников имеют периодическое импульсное излучение с периодами Р ~ 0,4 — 7 с (McLaughlin et al., 2006). Несмотря на сегодняшнюю малочисленность радиотранзиентных.

12 источников, предполагается, что их общая популяция намного больше числа обычных радиопульсаров. Десять источников имеют периоды больше 4 с. для семи источников измерены производные периодов, которые дают оценки для магнитных полей В ~ 1013 Гс. Это наталкивает на мысль о связи радиотранзиентов с группой «Великолепной семерки» и магнетарами. На диаграмме Р-Р радиотранзиенты занимают ту же область, что и XDINS (Рис. 1.) (McLaughlin et al., 2006). Один из RRATS — J1819−1458 был обнаружен в рентгене с помощью телескопа XMM-Newton (McLaughlin et al., 2007). Было найдено импульсное излучение с периодом 4.26 с, предсказанным по радионаблюдениям. В то время как в радиодиапазоне RRATS излучают случайным образом (отдельные вспышки), в рентгеновских наблюдениях не было обнаружено никакой вспышечной активности или каких-либо непериодических изменений потока на протяжении всего времени наблюдений. Было отмечено, что рентгеновский спектр J1819−1458 похож на спектры XDINS, а также имеет широкую линию поглощения, как и у шести из семи XDINS. Также периодическое излучение от J1819−14 было зарегистрировано в ПРАО на частоте 111 МГц (Teplykh, 2009, Teplykh et al. 2009).

Вспышечный характер радиоизлучения RRAT напоминает другое явление, связанное с радиоизлучением пульсаров, — гигантские импульсы (Попов и др., 2006, Popov & Stappers, 2007, Попов и др. 2008). Так. например, радиопульсар В0656+14, один из трех ближайших пульсаров умеренного возраста, также называемых «Три мушкетера», считается близким RRAT (Weltevrede et al., 2006). На фоне слабого периодического излучения с широкими импульсами этот объект демонстрирует вспышки, гигантские импульсы (Kuzmin & Ershov, 2006), очень похожие на вспышки (одиночные импульсы) от радиотранзиентов. Расстояние до В0656+14 примерно равно 300 пк, если бы он находился на расстоянии в несколько килопарсек, как все RRAT, то этот объект был бы обнаружен так же — по одиночным вспышкам.

Также к транзиентам относят «выключающийся» пульсар В 1931+24. Это очень интересный объект, в отличие от RRAT излучающий более продолжительное время (порядка 15 дней), после чего «выключается» на несколько недель. Когда он находится в активном состоянии, темп его замедления в два раза выше, чем когда он выключен (Kramer et al., 2006).

Актуальность темы

.

Особенности излучения аномальных пульсаров, описанные выше, указывают на важность исследования этих объектов во всех диапазонах длин волн. Эти источники интересны как новый класс объектов и их исследование важно для понимания феномена пульсара, а главное — его механизма излучения. Несмотря на большое количество предложенных моделей, до сих пор не сложилось единой картины понимания природы аномальных пульсаров. Настоящая работа посвящена поиску и исследованию радиоизлучения от нескольких групп аномальных пульсаров.

Вышеперечисленные группы аномальных пульсаров мало исследованы или вовсе не исследованы в радиодиапазоне. Необходимость наблюдений пульсаров в метровом диапазоне длин волн обуславливается особенностями их спектров, а именно наличием максимума, так как большинство наблюдаемых низкочастотных завалов в спектрах пульсаров начинается в районе частоты 100 МГц (Малофеев и Малов. 1980. Izvekova et al., 1981, Malofeev et al., 1994,). Кроме того, у пульсаров с крутыми спектрами максимум также в районе частоты 100 МГц и зачастую такие пульсары наблюдаются только на низких частотах (Малофеев и Малов, 1980). Высокая чувствительность наших наблюдений связана с наличием Большой синфазной антенной (БСА ФИАН) с эффективной площадью около 30 000 м, которая является пока самой крупной в мире антенной в метровом.

14 диапазоне длин волн и служит хорошим инструментом для исследования пульсаров (Виткевич и др., 1979, Кутузов и др., 2000).

Имеющийся в настоящее время дефицит наблюдений пульсаров на низких частотах, связанный с отсутствием в других странах чувствительных радиотелескопов, обеспечивает многим нашим исследованиям мировой приоритет. С вводом в строй в Европе новой высокочувствительной решетки ЬОРАЯаррегБ е! а1., 2011), работающей в диапазоне 10 — 240 МГц, конкуренция в этом диапазоне значительно возрастет.

Цели и задачи исследования.

Основной задачей работы является поиск и исследование радиоизлучения от аномальных пульсаров в метровом диапазоне длин волн с целью получения новых наблюдательных данных о механизме их радиоизлучения и эволюции. В работе исследовались аномальные рентгеновские пульсары (АХР), одиночные нейтронные звезды со слабым рентгеновским излучением (ХБШБ), а также радиотранзиенты (ЯЯАТ).

Научная новизна.

В диссертации получен ряд новых результатов. Впервые обнаружено радиоизлучение от трех представителей класса «радиотихих» пульсаров. Вычислены основные характеристики радиоизлучения у четырех рентгеновских пульсаров, получены оценки расстояния до исследуемых объектов независимым способом. Подтверждено наличие радиоизлучения от АХР ХТЕ Л 810−197 на частоте 62 МГц.

Достоверность результатов.

Представленные в диссертации результаты получены с использованием известных и апробированных методов наблюдений, обработки и анализа данных. Регистрация радиоизлучения от аномального.

15 рентгеновского пульсара ХТЕ J1810−197 на частоте 62 МГц, обнаруженного другими авторами на более высоких частотах, подтверждает способность наших инструментов и методов к регистрации сигналов подобного рода.

На опубликованные работы, включающие основные результаты диссертации, к настоящему времени имеется более 40 положительных ссылок, в основном, в ведущих журналах, включая зарубежные (например: Popov S. В., Turolla R., Possenti A., MNRAS, 369, L23 (2006) — den Hartog P. R., Kuiper L., Hermsen W., Ap&SS, 308, 647 (2007) — Rea N., Torres M. A. P., Jonker P. G. et al., MNRAS, 379, 1484 (2007) — Istomin Ya. N. & Sobyanin D. N" Astron. Lett, 33, 660 (2007) — Malov I. F. & Machabeli G. Z., Ap&SS, 308. 467 (2007): Motch C., Pires A. M., Haberl F., Schwope A., Ap&SS, 308, 217 (2007) — Kondratiev V. I., Burgay M., Possenti A., AIP, 983, 348 (2008) — Zane S., Mignani R. P., Turolla R. et al., ApJ, 682, 487 (2008) — Popov S., PPN, 39, 1136 (2008) — Kondratiev V. I, McLaughlin M. A., Lorimer D. R, et al., ApJ, 702, 692 (2009) — Trumper J., ASPC, 424, 113 (2010) — Stappers B. W., Hessels J. W. T. Alexov A. et al., AAp, 530, 80 (2011) — Danilenlco A. A., Zyuzin D. A., Shibanov Yu. A., Zharikov S. V., eprint arXiv: l 103.4871 (2011)).

Практическая значимость.

Обнаружение радиоизлучения от исследуемых групп объектов представляет несомненный интерес для исследования аномальных пульсаров и пульсаров в целом. Излучение в радиодиапазоне накладывает ограничения на существующие модели, описывающие механизмы излучения пульсаров, а также требует поиска других механизмов, объясняющих это явление. Результаты работы используются ведущими наблюдателями и теоретиками во всем мире, например: Manchester R., Trumper J.3 Haberl F., Zane S., Mignani R., Turolla R., Stappers В., Lorimer D., McLaughlin M., Tstomin Ya. Machabeli G., Malov I., Popov S., Shibanov Yu.).

Основные результаты, выносимые на защиту.

1) Обнаружено радиоизлучение в метровом диапазоне длин волн у аномального рентгеновского пульсара (АХР) 4U 0142+61 и двух изолированных нейтронных звезд со слабым рентгеновским излучением (XDINS) 1 RXS J1308+21 и J2143+06. Измерены или оценены основные параметры: период и его производная, мера дисперсии и расстояние, плотность потока и средний профиль на нескольких частотах метрового диапазона, а также интегральная радиосветимость.

2) Впервые в радиодиапазоне получены средние профили АХР 1Е2259+586, радиоизлучение от которого также обнаружено в ПРАО, на двух частотах 111 и 87 МГц, измерены период вращения и его производная, а также получены оценки спектрального индекса и интегральной радиосветимости.

3) Проведено сравнение основных параметров четырех радиообъектов с измерениями в рентгеновском диапазоне и выявлено, что главное различие заключается в длительности среднего профиля, а для двух XDINS еще и в наличии сильных временных флукгуаций радиоизлучения.

4) Подтверждено наличие радиоизлучения от АХР ХТЕ J1810−197. получен средний профиль импульса на частоте 62 МГц и измерена плотноеi ь потока.

Публикации и личный вклад автора.

Результаты, изложенные в диссертации, опубликованы в 12 работах.

1. Malofeev V. М., Malov О. I., Тер ly Ich D. А. 11 Discovery of Radio Emission from Two Anomalous X-ray Pulsars" IAU Symposium no. 218, 2004, p.261;

2. Малофеев В. M., Малов О. И., Теплых Д. А. Тюльбашев С. А. Тюльбашева Г. Э. «Радиоизлучение от двух Аномальных рентгеновских пульсаров» Астрономический журнал, 2005. Т. 82, № 3. с.273−280;

3. Malofeev V. М., Malov О. I., Teplykh D. A. «Pulsed Radio Emission From Two XDINS» IAU, JD02, #31, 2006;

4. Malofeev V. M., Malov О. I., Teplykh D. A. «Radio Emission from Anomalous X-ray Pulsars» Chinese Journal of Astronomy and Astrophysics. Supplement, 2006, V.6, Issue S2, p.68−73;

5. Malofeev V. M., Malov О. I., Teplykh D. A., Logvinenko S. V. Litvinov I. I., Popov S. B. «Discovery of radio emission from X-ray pulsar XDINS 1RXS J214303.7+65 419» The Astronomer’s Telegram, #798. 2006;

6. Malofeev V. M., Malov О. I., Teplykh D. A. «Radio emission from AXP and XDINS» Astrophysics and Space Science, 2007, V. 308, Issue 1−4, pp. 211 216;

7. Теплых Д. А., Малофеев В. M., Малов О. И. «Радиоизлучение от АХР и XDINS», Радиофизика и радиоастрономия, Т.13, № 3, 2008с.109−113,;

8. Малофеев В. М., Теплых Д. А., Малов О. И. «Обнаружение радиоизлучения от АХР 4U 0142+61» Астрономический журнал, 2010, Т. 87, № 11, с.1082−1086.

9. Malofeev V. М., Teplykh D. A., Logvinenko S. V. «New observation of radio emission of two AXP at low frequencies «, in the book: «Pulsar conference 2010» Publ.: The University of Cagliari, Chia, 2010. p. 15- атакже.

Малофеев В. M., Теплых Д. А., Логвиненко С. В., «Радиоизлучение от трех АХР на низких частотах», Астрономический журнал, 2011 (в печати);

10.Teplykh D. А. «Radio emission from RRAT J1819−14 at low frequencyin: «IV Gamow International Conference», Publ.: The National University of Odessa, Odessa, 2009, p. 30.

11.Teplykh D. A., Malofeev V. M., Logvinenko S. V. «Radio emission from RRAT J1819−14 at 111 MHz «. in: «16th Open Young Scientists', Conference», Publ.: Taras Shevchenko National University of Kyiv, Kyiv, 2009, p.25;

12.Теплых Д. А., РодинА. E., Малофеев В. M., Логвиненко С. В. «Новые данные по радиоизлучению двух XDINS на низких частотах» Сборник трудов XIII Школы молодых ученых «Актуальные проблемы физики». Москва, Изд.: ФИАН, 2010, с. 211 — 212.

Во всех результатах, вынесенных на защиту, вклад автора является существенным. Наблюдения на БСА ФИАН, вычисление плотностей потоков, вычисление периодов и производных периодов, анализ и интерпретация полученных данных выполнены совместно с сотрудниками Лаборатории плазменных процессов в астрофизике ПРАО АКЦ ФИАН. Обработка результатов наблюдений велась самостоятельно с помощью пакета программ, созданных сотрудниками ПРАО ФИАН Маловым О. И., Тюльбашевым С. А., Логвиненко С. В., Шабановой Т. В.

Апробация работы.

Основные результаты, полученные в диссертации, докладывались на научных сессиях АКЦ ФИАН, а так же на следующих российских и международных конференциях:

1. Школа-семинар молодых радиоастрономов «Техника и методы радиоастрономических исследований» (Пущино, 2002);

2. Всероссийская конференция «Астрофизика высоких энергий сегодня и завтра» (Москва, 2002, 2008, 2009, 2010).

3. Международная студенческая научная конференция «Физика космоса» (Екатеринбург, 2003);

4. Всероссийская конференция «Физика нейтронных звезд» (Санкт-Петербург, 2005).

5. Конференция молодых европейских радиоастрономов (Дальфсен, 2006);

6. Конференция молодых европейских радиоастрономов (Бордо. 2007):

7. Гамовская летняя астрономическая школа «Астрономия на стыке наук: астрофизики, радиоастрономии, космологии и астробиологии» (Одесса, 2007, 2008, 2009, 2010);

8. Всероссийская астрономическая конференция (Казань, 2007);

9. Рабочее совещание «Низкочастотное исследование пульсаров» (Лейден. 2008);

10.' Конференция молодых европейских радиоастрономов (Порту, 2009);

11. Открытая конференция молодых ученых «Астрономия и физика космоса» (Киев, 2009, 2010);

12. Конференция молодых ученых «Фундаментальные и — прикладные космические исследования» (Москва, 2010).

13. Всероссийская астрономическая конференция (Нижний Архыз. 2010);

14. Международная конференция «Пульсар-2010» (Киа. 2010):

15. Школа молодых ученых «Актуальные проблемы физики» (Звенигород, 2010);

16. Российско-финский симпозиум по радиоастрономии (Пущино, 2010).

СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ Во введении дан краткий обзор современного состояния исследований одиночных «радиотихих» нейтронных звезд и радиотранзиентов. Кратко рассмотрены основные наблюдательные особенности всех групп «аномальных» пульсаров и теоретические модели, описывающие природу этих объектов. Обоснована актуальность темы диссертации, представлены основные цели работы, научная новизна, практическая значимость и основные результаты, выносимые на защиту.

В Главе I дается описание наблюдательной базы: радиотелескопов и приемной аппаратуры, используемых при наблюдениях пульсаров. Приводится методика обработки результатов наблюдений. Для обработки наблюдения слабых пульсаров была разработана специальная методика, позволяющая увеличить отношения сигнал/шум и выделить слабый сигнал. Методика основывается на отборе визуально видимых импульсов при вторичной обработке. Сформулировано несколько критериев подтверждающих достоверность полученных импульсов и позволяющих распознать ложный сигнал.

Выводы к Главе III.

Обнаружено слабое периодическое импульсное радиоизлучение от двух XDINSs на двух телескопах ПРАО АКЦ ФИАН, на четырех низких частотах от RX J1308.6+2127 и на частоте 111 МГц от RX J2143.0+0654. В Табл. III.2 перечислены основные параметры радиоизлучения для двух объектов. Получены независимые оценки расстояния до пульсаров, которые лежат в интервале расстояний, полученными другими методами. Основным отличием радиоизлучения от рентгеновского излучения является более узкий интегральный импульс у обоих объектов. У пульсара J1308+21 радиои рентгеновская светимости отличаются на 6 порядков.

Учитывая верхние оценки плотности потока на более высоких частотах 820 и 1400 МГц из работы (Kondratiev et al., 2009), получаем, что оба XDINS имеют очень крутые спектры со спектральным индексом а< - 4, таким же аномально большим, как и пульсара Геминга. (Malofeev & Malov, 1997).

Зарегистрировано радиозлучение от RRAT J1819−14 на частоте 111 МГц. Возможно, на этой частоте отдельные импульсы от этого радитранзиента приходят чаще, чем на 1.4 ГГц (McLaughlin et al., 2006). Сделаны оценки спектрального индекса.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

.

Настоящая диссертационная работа посвящена поиску и исследованию радиоизлучения от нескольких групп аномальных пульсаров на низких частотах с целью получения новых наблюдательных данных о механизме их радиоизлучения и эволюции.

Подведем основные результаты работы:

1. На радиотелескопах БСА ФИАН и ДКР-1000 Пущинской радиоастрономической обсерватории проведены наблюдения нескольких групп аномальных пульсаров. В результате работы обнаружено слабое радиоизлучение в метровом диапазоне волн у Аномального рентгеновского пульсара (АХР) 4U 0142+61 и двух слабых, рентгеновских, изолированных нейтронных звезд (XDINS): 1RXSJ1308+21 и J2143+06.

2. Впервые в радиодиапазоне измерены или получены оценки основных параметров перечисленных выше пульсаров, а также АХР 1Е 2259+586: период и его производная, мера дисперсии и расстояние, плотность потока и средний профиль на нескольких частотах метрового диапазона, а также интегральная радио-светимость.

3. Проведено сравнение основных параметров с измерениями в рентгеновском диапазоне и показано, что основное различие заключается в длительности среднего профиля и наличии сильных временных флуктуаций радиоизлучения, как в течение одного сеанса наблюдений, так и на более длительных временных масштабах. Кроме того было подтверждено наличие радиоизлучения в метровом диапазоне волн для нескольких аномальных пульсаров (AXPXTEJ1810−19 и радиотранзиентный пульсар (RRATs) J1819−14), измерены их средние профили и плотности потоков, даны оценки спектральных индексов.

Обнаружение слабого радиоизлучения от аномальных рентгеновских пульсаров (АХР), гамма-репитеров (SGR) и слабых одиночных нейтронных звезд (XDINS) показывает, что, по крайней мере, часть этих объектов не являются «радиотихими». Дополнительный аргумент в пользу общей природы радиоизлучения «нормальных» пульсаров и групп АХР — SGR получен с открытием радиопульсара (J1847−0130) с большими значениями периода и производной периода, такими же как у АХР и SGR. Таким образом, сложившаяся ситуация приводит к необходимости пересмотра механизмов радиоизлучения в модели магнетара или рассмотрению других моделей для АХР и SGR без привлечения сверхсильных магнитных полей.

Показать весь текст

Список литературы

  1. В.В., Глушаев A.A., Илясов Ю. П. и др., (1979) Изв. ВУЗов. Радиофизика, 19, 1594
  2. В.В., Калачев П.Д. (1965) Труды ФИАН, 28, 5
  3. Ивашев-Мускатов О.С. (1979) Теория вероятности и математическая статистика, М.: Наука
  4. Я. Н., Комберг Б. В. (2000) АЖ, 77, 852
  5. А.Д., Досовский Б .Я. (1997) ПАЖ, 23, 323
  6. С.М., Азаренков Ю. И., Алексеев И. А. и др. (2000) Труды ФИАН, 229,3
  7. Логвиненко С.В. (2006) Отчет ПРАО АКЦ ФИАН
  8. И.Ф., Малофеев В. М., Сенье Д. С. (1994) АЖ, 71, 762
  9. И. Ф., Мачабели Г. 3., Малофеев В. М. (2003) АЖ, 80, 258
  10. В.М., Малов И. Ф. (1980) АЖ, 57, 90.
  11. В.М. (1989) Труды ФИАН., 199, 125
  12. В. М., Малов О. И., Щеголева Н. В., (2000) АЖ, 77, 499
  13. В.М., Малов О.И., (2000) АЖ,, 77, 52
  14. Д.А., Малофеев В. М., Малов О.И. (2008) Радиофизика и радиоастрономия, 13, 109
  15. Д.А., Родин А. Е., Малофеев В. М., Логвиненко С. В. (2010) Сборник трудов XIII Школы молодых ученых «Актуальные проблемы физики», Москва, Изд.: ФИАН, с. 211
  16. С. А., Малов О. И. (2000) АЖ, 77, 737
  17. W., Zwicky F. (1934) Ргос. Nati. Acad. Sei, 20, 254
  18. Baring M.G., Harding A.K., (1998) ApJ, 507, L55
  19. Bertsch D.L., Brazier K.T.S., Fichtel C.E. et al. (1992) Nature, 357, 306
  20. Camilo F., Ransom S. M., Halpern J. P., et al., (2006) Nature, 442, 892
  21. Camilo F., Ransom S. M., Halpern J. P., Reynolds J. (2007a) ApJ, 666, L93
  22. Camilo F., Reynolds J., Johnston S. et al. (2007b) ApJ, 659, L37
  23. Camilo F., Cognard I., Ransom S. M et al. (2007c) ApJ, 663, 497
  24. Camilo F., Ransom S.M., Penalver J. et al., (2007d) ApJ, 669, 561
  25. Coe M. J., Jones Z. R., Lehto H. (1994) MNRAS, 270, 179
  26. Cole T.W., Hess H.K., Page C.G. (1970) Nature, 225, 712
  27. Cropper M., Haberl F., Zane S., Zavlin V. E. (2004) MNRAS, 351, 1099
  28. A.A., Zyuzin D.A., Shibanov Yu.A., Zharikov S.V. (2011) MNRAS (in press) .
  29. Deneva J.S., Cordes J.M., McLaughlin M.A. et al. (2009) ApJ, 703, 2259
  30. Dib R., Kaspi V., Gavriil F. (2007) arXiv: astro-ph/610 932
  31. R. C., Thompson C. (1992) ApJ (Lett.), 392, L9
  32. A.A., Shitov Yu.P. (2007) eprint arXiv:0710.2160
  33. Fahlman G.G., Gregory P.C. (1981) Nature, 293, 202
  34. Fitchel C.E., Hartman R.C., Kniffen D.A., et al. (1975) ApJ, 198, 163
  35. Gaensler, B. M, Slane, P.O., Gotthelf, E.V., Vasisht, G. (2001) ApJ, 559, 963
  36. F. P., Kaspi V. M., Woods P. M. (2002) Nature, 419, 142 Gavriil F.P., Kaspi V.M. (2002) ApJ, 567, 1067 Gold T. (1968) Nature, 218, 731
  37. Cordes J.M., Lazio T.J.W (2002) arXiv: astro-ph/207 156
  38. Cordes J.M., Lazio T.J.W (2003) arXiv: astro-ph/301 598
  39. Gregory P. C., Fahlman G. G. (1980) Nature 287, 805
  40. Haberl F., Motch C., Zavlin V. E. et al. (2004) A&A, 424, 635
  41. Halpern J.P., Holt S.S. (1992) Nature, 357, 222
  42. Halpern J.P., Gotthelf E.V., Becker R.H. et al. (2005) ApJ, 632, L29
  43. V., Hasinger G., Schwope A.D., Schulz N.Z. (2002) A&A, 381, 98den Hartog P.R., Kuiper B., Hermsen W. et al. (2007) Ap&SS, 308, 647
  44. Hellier C. (1994) MNRAS, 271, L21
  45. Johnston S. (2003) MNRAS, 340, L43
  46. Kaplan D. L., van Kerkwijk M. H. (2009) ApJ, 692, L62
  47. Kaplan D.L., Kulkarni S.R., van Kerkwijk M.H. (2002) ApJ, 579, L29
  48. Kaplan D.L., Kulkarni S.R., van Kerkwijk M.H. (2003a) ApJ, 588, L33
  49. Kaplan D.L., van Kerkwijk M.H., Marshall H.L. et al. (2003b) ApJ, 590, 1008
  50. Kaplan, D. L., van Kerkwijk, M. H. (2005) ApJ, 635, L65
  51. Kargaltsev O.Y., Pavlov G.G., Zavlin V.E., Romani R.W. (2005) ApJ, 625, 307
  52. Kaspi V. M., Gavriil F. P., Woods P. M. (2002) ApJ, 588, L93
  53. A., Machabeli G., Melikidze G. (1992) Proc. IAU Colloquium, 128, 232
  54. Keane E.F., Ludovici D.A., Eatough R.P. et al. (2010) MNRAS, 401, 1057
  55. Kern B., Martin C. (2002) Nature, 418, 211
  56. Kondratiev V.I., Burgay M., Possenti A. et al. (2008) AIP Conf. Proc., 983, 348
  57. Kondratiev V.I., McLaughlin M.A., Lorimer D.R. et al. (2009) ApJ, 702, 692
  58. Kramer M., Lyne A. G., O’Brien J. T., et al. (2006) Science, 312, 549
  59. Kramer M., Stappers B.W., Jessner A. et al. (2007) MNRAS, 377, 101
  60. Kuiper L., Hermsen W., den Hartog P. R., Collmar W. (2006) ApJ, 645, 556
  61. A.D., Ershov A.A. (2006) AstL, 32, 5831.zaridis K., Jessner A., Kramer M. et al. (2008) MNRAS, 390, 8391. rimer D. R., Lyne A. G., Camilo F. (1998) A&A, 331, 10 021. ne A.G., SmithF.G., GrahamD.A. (1971) 153, 337
  62. Malofeev V.M., Gil J.A., Jessner A. et al (1994) A&A, 285, 201
  63. Malofeev V. M., Malov O. I. (1997) Nature, 389, 697
  64. Malofeev V. M., Malov O.I. (2000), IAU Colloquium, 177, 241
  65. V. M., Malov O.I. (2001) astro-ph/106 435
  66. V. M., Malov O. I., Teplykh D. A., (2004) IAU Symp. no. 218, 261
  67. V.M., Malov O.I., Teplykh D.A., Glushak A.P. (2005) ATel. #501
  68. V.M., Malov O.I., Teplykh D.A. (2006) Chin. J. Astron. Astrophys., 6, 68
  69. Malofeev V.M., Malov O.I., Teplykh D.A. (2007) Ap&SS, 308, 211
  70. Marsden D., Lingenfelter R.E., Rotshild R.E. et al. (2001) ApJ, 550, 397 Mazets E.P., Golenetskii S. V., Ilinskii V. N. et al. (1979) Nature, 282, 587 Mazets, E.P., Golenetskii, S.V. (1981) Ap&SS, 75, 47
  71. McGill SGR/AXP Online Catalog (http://www.phvsics.mcgill.ca/~pulsar/ magnetar/main.htmD
  72. McLaughlin M.A., Stairs I.H., Kaspi V.M. et al. (2003) ApJ, 591, LI35
  73. McLaughlin M.A., Lyne A.G., Lorimer D. R. et al. (2006) Nature, 439, 817
  74. McLaughlin M.A., Rea N., Gaensler B.M. et al. (2007) ApJ, 670, 1307
  75. McLaughlin M.A., Lyne A.G., Keane E.F. et al. (2009) MNRAS, 400, 1431
  76. Mereghetti S., Stella L. (1995) ApJ, 442, L17
  77. S. (1999) astro-ph/9 911 252.
  78. Molkov S.V., Lutovinov A. A., Cherepashchuk A. M., Sunyaev R. A. (2004) AstL, 30, 534
  79. C., Haberl F. (1998) A&A, 333, L59 Pacini F. (1967) Nature, 216, 567 Paerels F. (1997) ApJ, 476, L47
  80. Patel S. K., Kouveliotou C., Woods P.M. et al. (2001) ApJ, 563, L45
  81. G.G., Sanwal D., Teter M.A. (2004) Astron. Soc. of the Pacific, IAU Symp, 218, 311
  82. Popov M.V., Stappers B. (2007) A&A, 470,1003
  83. Popov S. B., Colpi M., Prokhorov M. E. et al. (2003) A&A, 406, 111
  84. A.V. (2007) Astron. Astrophys. Trans., 26, 605
  85. Rea N., Torres M.A.P., Jonker P.G. et al. (2007) MNRAS, 379, 1484
  86. Rea N., Curto G. Lo, Testa V. et al. (2010) MNRAS, 407, 1887
  87. Reach W. T., Helles C., Koo B. (1993) ApJ, 412, 127
  88. Revnivtsev M. G. Sunyaev R. A., Varshalovich D. A. et al., (2004) AstL, 30, 382
  89. Ritchings R.T. (1976) MNRAS, 176, 249
  90. Shearer A., Golden A., Harfst S. et al. (1997) ApJ, 487, LI 81
  91. Shibanov Yu.A., Zharikov S.V., Komarova V.N. et al. (2006) A&A, 448, 313
  92. Shitov Yu.P.- Pugachev V.D. (1998) Proc. of the International Conference on Neutron Stars and Pulsars, 24, 247
  93. Yu.P., Pugachev V.D., Kutuzov S.M. (2002) Proc. of the 177th Colloquium of the IAU, ASP Conference Series, 202, 685
  94. Stappers B. W., Hessels J. W. T., Alexov A. et al. (2011) A&A, 530, id. A80
  95. Taylor J. H., Cordes J.M. (1993) ApJ, 411, 674
  96. D. A. (2009) In: IV Gamow International Conference, p. 30
  97. D. A., Malofeev V. M., Logvinenko S. V. (2009) In: 16th Open Young Scientists' Conference, p.25
  98. Trepl L., Hui C.Y., Cheng K.S. et al. (2010) MNRAS, 405, 1339
  99. A., Turolla R., Zane S., Colpi M. (2000) Astron. Soc. of the Pacific, 112, 297van Kerkwijk M. H., Kaplan D. L. (2008) ApJ, 673, L163
  100. Walter F.M., Wolk S.J., Neuhauser R. (1996) Nature, 379, 233
  101. Walter F. M., Matthews L.D. (1997) Nature, 389, 358
  102. Wang Zh., Chakrabarty D., Kaplan D.L., (2006) Nature, 440, 772
  103. Weltevrede P., Stappers B.W., Rankin J.M., Wright G.A.E. (2006) ApJ, 645, LI49
  104. Zampieri L., Campana S., Turolla R. et al. (2001) A&A, 378, L5
  105. Zane S., Cropper M., Turolla R. et al. (2005) ApJ, 627, 397
  106. Zane S., Mignani R.P., Turolla R. et al. (2008) ApJ, 682, 487
  107. Zhang B. (2001) ApJ, 562, L59
Заполнить форму текущей работой